Дочь Этери Тутберидзе Диана Дэвис и её партнер по танцам на льду Глеб Смолкин постепенно превращаются в одну из самых обсуждаемых дуэтов Олимпиады в Милане. В командном турнире они заняли шестое место в ритм-танце, набрав 78,97 балла, и этим результатом оставили сборную Грузии в борьбе за медали. После проката фигуристы подробно рассказали о состоянии льда, жизни в олимпийской деревне, переходе из сборной России, отношении к хейту и перспективах — в том числе о том, почему возвращение под флаг России не рассматривают.
Диана и Глеб признаются: выступление получилось близким к идеальному, но всё же не на максимум. По ощущениям Смолкина, они выложились примерно на 90 процентов. Вторая половина проката получилась свободнее: пара почувствовала размер арены, реакцию трибун, стала раскованнее. Но при этом, по словам Глеба, к качеству льда на олимпийской арене есть серьезные вопросы — несмотря на то, что его публично постоянно хвалят.
Смолкин сравнил Милан с их тренировочной базой в Монреале и без колебаний признал: там лед заметно лучше. Он по шагам объяснил, в чём проблема. Утром площадка уже была залита и выглядела нормально, но затем по льду прошли ещё две заливочные машины, словно «наслаивая» один водяной круг на другой. В итоге образовался слишком толстый водный слой — первая разминка буквально заходила в воду, брызги летели до голени. Через полчаса это чуть подмерзает, но ко второй группе, где катались Дэвис и Смолкин, поверхность превращается в странную субстанцию: одновременно пружинистую и «каменистую». Отталкиваясь на таком льду, спортсмены будто подпрыгивают — контроль теряется, приходится кататься намного осторожнее.
По признанию Глеба, в таких условиях невозможно «зажечь» на все сто, как это бывает на по-настоящему качественном льду, где можно рискнуть, прибавить скорость, поиграть с акцентами и амплитудой движений. Здесь же приходится буквально «приземляться» — внимательно следить, как ставишь ноги, очень аккуратно работать на ребрах, чтобы не получить неожиданный толчок или подброс. Впрочем, спортсмен подчеркивает: условия одинаковы для всех, поэтому пара старается не зацикливаться и адаптироваться к тому, что есть.
По словам Смолкина, они уже передавали свои замечания по поводу качества льда ответственным за арену людям, но это не дало результата. В этом, по его мнению, главная проблема: к мнению спортсменов не всегда прислушиваются, хотя именно они первыми ощущают последствия неудачной подготовки площадки. Тем не менее ребята не оправдывают оценку условиями — считают, что их задача в любом случае выдавать максимум возможного.
Сравнивая нынешнюю Олимпиаду с играми в Пекине, куда пришелся пик ковидных ограничений, Глеб признает: сопоставить эти два опыта почти невозможно. Тогда соревнования проходили в условиях изоляции, без нормального общения, с жестким контролем и практически пустыми трибунами. В Милане атмосфера другая: есть болельщики, живое взаимодействие между спортсменами, отсутствие масочного режима. Всё это создаёт ощущение настоящего большого праздника спорта.
Отдельное впечатление — внимание, которое сборная Грузии получает на родине. Накануне фигуристы встретились с президентом страны. По переводу выступления стало понятно: глава государства искренне гордится фигуристами и внимательно следит за их выступлениями. Он вспоминал, как смотрел чемпионат Европы, будил ночью жену, чтобы вместе посмотреть прокат и порадоваться грузинскому золоту. По словам Смолкина, после этого турнира вся страна буквально «стояла на ушах» — и это ощущается даже сейчас, на Олимпиаде: поддержка огромная, она доходит до спортсменов.
При этом быт в олимпийской деревне оставляет желать лучшего. Смолкин признается: проблемы с освещением в их помещениях так и не устранили. Диана добавляет, что в её санузле явно курит кто-то из соседей — то сверху, то снизу. Запах доходит до комнаты, а для нее это не просто неприятно, а опасно: у Дэвис астма, и дым делает пребывание в деревне максимально некомфортным. Пара не скрывает раздражения: они планируют разобраться, кто нарушает правила, но пока просто вынуждены мириться с ситуацией.
Спортивные задачи при этом остаются на первом месте. На вопрос, можно ли обозначить целью бронзу в командном турнире, Глеб отвечает утвердительно: Грузия — один из реальных претендентов на медаль, и это само по себе важное достижение. Фигуристы признают: нужно ставить себе самые высокие цели, иначе тяжело расти. Мечта о подиуме придаёт дополнительную мотивацию, даже если конкуренция запредельная.
Результат в 78,97 балла за ритм-танец пара считает достойным, тем более для Олимпиады. Внутренне ребята ориентируются на планку в районе 80 баллов — этого им не хватило и на чемпионате Европы, где, по словам Смолкина, потеряли уровни на твизлах «по глупости». В Милане они уже подобрались к заветной отметке почти вплотную: не хватает буквально самую малость. Пока они ещё не успели спокойно разобрать уровни и протокол, поэтому точные причины недобора предстоит проанализировать. Но в целом Дэвис и Смолкин уверены: они закрепились в зоне оценок, которые соответствуют их уровню и амбициям.
Особая тема — поддержка российских болельщиков. В России многих до сих пор воспринимают эту пару как «свою» команду, несмотря на выступление под грузинским флагом. Смолкин признается, что им приятно чувствовать эту связь: для спортсмена не так важно, в какой он стране, как важно, что его смотрят, сопереживают, радуются успехам. Он благодарен всем, кто продолжает следить за их карьерой и искренне поддерживает.
Переход под флаг Грузии для пары стал поворотной точкой, но сегодня Глеб не сомневается, что решение было верным. В российской сборной слишком высокая конкуренция, в танцах на льду буквально формируется «очередь» из сильнейших дуэтов. Дэвис и Смолкин не хотели годами ждать своего шанса, теряя годы в статусе запасных. В Грузии они получили возможность выступать на крупнейших стартах, развиваться по собственному графику и не зависеть от внутренней расстановки сил в российской команде.
Глеб подчёркивает: переход был продиктован и спортивной логикой, и внутренним ощущением. Он говорит, что «так спокойнее всем»: российская сборная идёт своим путем, решает свои задачи, а у них — своя дорога, связанная с грузинской федерацией. При этом к России у фигуристов нет враждебности, и они не стремятся противопоставлять себя бывшей команде. Они просто выбрали маршрут, который даёт им шанс реализовать потенциал здесь и сейчас.
Вопрос хейта неизбежен, особенно учитывая статус Дианы как дочери одного из самых известных тренеров мира. Пара признается, что негатив они чувствуют, но реагировать на него стараются минимально. По словам Смолкина, ещё несколько лет назад он практически перестал читать комментарии и отслеживать чужие мнения. Он уверен: есть критика справедливая — по делу, она помогает расти, но есть и совершенно несправедливая, продиктованная эмоциями и личными предубеждениями. На вторую он сознательно не тратит силы.
Со временем объем агрессии, по их ощущениям, и в России стал уменьшаться. Первая волна недовольства переходом уже прошла: публика привыкла, что пара выступает за Грузию, да и результаты убеждают скептиков лучше любых объяснений. Медали на крупных стартах, стабильные прокаты, постоянное присутствие в верхней части протоколов — всё это заставляет смотреть на Дэвис и Смолкина прежде всего как на сильную спортивную единицу, а не через призму паспорта.
Тема возможного возвращения в сборную России сегодня выглядит закрытой. Во-первых, с формальной точки зрения такие манёвры крайне сложны: смена спортивного гражданства — это длительная бюрократическая процедура, за которой следуют годы ожидания при повторной смене. Во-вторых, и это слышится в интонациях самих фигуристов, они психологически уже встроены в грузинскую систему: от федерации до болельщиков. Они чувствуют себя частью команды, за которую борются и с которой разделяют ответственность за результат. Нарушать эту выстроенную динамику ради гипотетических перспектив в России не видят смысла.
Немаловажно и то, что именно в роли лидеров сборной Грузии они получили уникальный опыт: встречи с президентом, статус флагманов направления, осознание, что именно на них во многом завязан успех команды в командном турнире. В условиях российской сборной, где сильных дуэтов несколько, подобного ощущения незаменимости, скорее всего, не было бы. А для спортсмена психологический комфорт и чувство значимости могут быть не менее важны, чем условия на катке.
Отдельный пласт — личная история Дианы как дочери Этери Тутберидзе. Любая её спортивная или административная развилка неизбежно обсуждается с удвоенной силой. Переход под флаг другой страны стал поводом для множества спекуляций — от конфликтов до «разрывов» внутри семьи. На практике всё куда приземлённее: Дэвис продолжает строить карьеру в паре с партнёром, с которым они развиваются шаг за шагом, а известная фамилия лишь усиливает внимание, но не определяет траекторию их пути.
Условия в олимпийской деревне, несмотря на бытовые минусы, стали для ребят ещё одной проверкой на устойчивость. Отсутствие света, запах табака, неидеальный лед — всё это фон, на котором им нужно выдавать лучший прокат сезона. Для опытных фигуристов такие обстоятельства становятся, скорее, тренажером психологической устойчивости: Олимпиада редко бывает «стерильной», всегда находится фактор, который выбивает из зоны комфорта. Важно, насколько ты умеешь изолировать себя от этого и концентрироваться только на нужном моменте — выходе на лед.
Сейчас для Дэвис и Смолкина главная цель — максимально использовать шанс, который им дала сборная Грузии. Медаль в командном турнире стала бы не просто спортивным достижением, а подтверждением правильности всех непростых решений последних лет: смены флага, переезда, выбора тренировочной базы и стиля работы. В случае успеха они окончательно закрепятся в статусе пары, которая не просто вышла из российской школы, но и смогла построить самостоятельный, независимый путь на вершину.
И вне зависимости от итогового места уже можно констатировать: назад в российскую сборную Диана Дэвис и Глеб Смолкин не смотрят. Их будущее они связывают с грузинской командой, международными стартами и дальнейшим ростом результата. А российские болельщики, судя по реакции, продолжают следить за ними так же пристально, будто они по-прежнему выступают под триколором — и в этом парадоксе современного спорта есть своя особая логика: сильных фигуристов поддерживают не за флаг, а за то, как они катаются и что переживают на льду вместе со зрителями.